История эта произошла несколько лет назад в Чеченской Республике, куда приехал знаменитый американский журналист Джеймс Лонгман.

Известный своей работой на Ближнем Востоке, Джеймс по заданию заокеанской редакции должен быть сделать в Чечне особый репортаж о неких секретных местах. Где местные силовики якобы держат и мучают людей с не совсем традиционной ориентацией.

Американского гостя встретил тогда лично заместитель министра внутренних дел Чечни, генерал Апти Алауддинов. Апти на машине провез корреспондента по всей республике, куда б тот не просил. Показал все СИЗО региона. В том числе, столь часто упоминаемое в западной прессе аргунское.

Понятное дело, как не старался Лонгман, ничего подозрительно или плохого в своем турне по Чечне он так и не увидел. Может потому что ничего такого и не было отродясь?

Зато Джеймс записал в Чеченской Республике несколько интервью с высокопоставленными местными полицейскими. В том числе, с самим Апти Алауддиновым. Американец задал чеченцу прямой вопрос — есть ли в Чечне мужчины, что вот не совсем мужчины и других мужчин любят.

• Мы, чеченцы, даже и представить не можем, чтоб наш земляк таким оказался. Это был бы страшнейший позор, — ответил Апти. — Однако если вдруг такой где-то найдется, если мы такого где-то увидим, то полиция ему ничего точно плохого не сделает. Пусть идет себе, куда шел. Мне с ним детей не крестить (прим.ред фигуральное выражение самого Апти — понятное дело, что он — мусульманин).

По словам Апти, с подобным субъектом в Чечне сами родственники быстро разберутся. И научат, как говорится, любить кого правильно следует. Потому и нет такого вопроса с чеченцами.

• Но мне все равно было интересно на такого посмотреть, понять, почему его тянет на такое дело, — рассуждал Апти.

Но тут американец, прямо в зарешеченной камере изолятора, сделал неожиданное признание. Причем, схватив руку Апти и приложив ее к своей груди, к бьющемуся от страха сердцу.

• А что было б, если б я Вам признался сейчас, что я сам как раз из таких? Схватили бы вы меня, кинули б в карцер, перестали б считать за мужчину?, — спросил чеченца Джеймс.

И да, Джеймс отнюдь тут не шутил — он как раз из таких. Не скрывает своего возлюбленного. И бравирует этим даже при поездках в самые строгие исламские страны.

Но что же ответил чеченский полицейский?

Апти выслушал перевод. И буквально секунду помедлил. А потом просто громко и заливисто расхохотался, так, как наверно только настоящие чеченцы умеют. Хлопнул американца по плечу!

• Да ты ничего тут не бойся. Ты здесь наш гость, — произнес Алауддинов. — Приедь гостем и уедь гостем. Скоро уедешь к себе домой, и там живи, как считай нужным. Но и не учи нас, как мы тут должны жить. И честно тебе скажу: я б не хотел, чтоб ты был моим другом.

Джеймс Лонгман действительно уехал вскоре из России в США, совершено жив и здоров. Хотя, как признавался, очень боялся ехать на Кавказ, а тем более, говорить там о своих увлечениях. А когда рассказал, то думал, что из той камеры более уже и не выйдет.

Для американского телеканала ABC Лонгман создал о своих чеченских приключениях целый репортаж. А летом 2020-го даже связал себя с бойфрендом помолвкой…

Апти Алауддинов же ныне, после почти 10 лет службы на этом посту и 20 общих лет службы в полиции, покинул пост заместителя министра внутренних дел Чечни. И ныне работает помощником главы Чеченской Республики.

А что вы думаете об этом разговоре, уважаемые читатели? Как бы отреагировали в подобной неловкой ситуации?

©